Жизнь над облаками
Летчику-испытателю Магомеду Толбоеву — 75Александр БирюковПоделитьсяПредставьте: самолет практически не слушается, системы тревожно мигают, а земля стремительно приближается. Внутри — пилот, от действий которого зависит не только выполнение миссии, но и его собственная жизнь. Он знает, что если сейчас не выйти из пике, то ему конец. И он выходит. Выходит, не в первый раз и, конечно, не в последний. Такова нелегкая работа летчика-испытателя. А Заслуженный летчик-испытатель РФ Герой России генерал-майор Магомед Толбоев — один из тех, кто эту работу делал на совесть, год за годом, десятилетие за десятилетием.
Юрий Снегирев/ РГ
Ему исполнилось 75 — возраст почтенный, особенно для летчика-испытателя. Из них более 50 лет он посвятил полетам. И до сих пор чувствует небо кожей. Возраст уже не позволяет ему проводить в кабине каждый день, но мысленно — он всегда там, где турбулентность, перегрузки и тишина за облаками.
Толбоев испытывал 56 типов самолетов, в том числе те, которые потом стали не только флагманами, но и символами советской и российской авиации: МиГ-23, МиГ-25, МиГ-29 и МиГ-31, Су-24 и Су-27. При этом не просто «садился и проверял», а изучал пределы их возможностей. Иногда оставался в живых чудом. Например, в одном из полетов на Су-27 на высоте всего в 200 метров и на скорости 1270 км/ч произошел страшной силы удар. Летчик инстинктивно потянул рычаг на себя и резко набрал высоту. Уже после приземления выяснилось — разрушилось вертикальное оперение. Благодаря молниеносным действиям пилота самолет сохранил управляемость. Кто-то назовет это подвигом, но в первую очередь — это профессионализм, доведенный до автоматизма.
В его биографии можно найти еще много удивительных эпизодов. В 1984 году во время испытаний Су-27 произошел нештатный выход из режима управляемого штопора. Самолет начал неуправляемо вращаться на высоте 6 000 метров. По инструкции можно было катапультироваться, но Толбоев попытался сохранить машину. Через 12 секунд, которые пролетели как один миг, он вывел самолет в горизонтальный полет. Для кого-то бессмысленный риск, но в тоже время этот эпизод стал ключевым при доработке системы автоматического вывода Су-27 из штопора.
Экипаж сопровождения советского орбитального корабля-ракетоплана «Буран»: космонавт-испытатель Римантас Станкявичюс и летчик-испытатель Магомет Толбоев на аэродроме «Юбилейный» космодрома Байконур. Фото: Александр Моклецов/РИА Новости
Об одном из самых значительных достижений в летной карьере Толбоева вспоминает Алексей Леонков, военный эксперт и выпускник Харьковского высшего авиационного инженерного училища: «С самого старта он участвовал в программе космического корабля многоразового использования «Буран», пилотировал летающие лаборатории, на которых отрабатывали систему ручного управления кораблем. А потом, 15 ноября 1988 года, пилотировал МиГ-29, который сопровождал «Буран», совершавший автоматическую посадку. Только этим он внес огромный вклад в развитие нашей авиации, а за его плечами еще десятки таких достижений».
Родом Магомед Толбоев из горного аула Согратль в Дагестане. Отец — шофер, мать — колхозница. В детстве мечтал быть врачом, но однажды увидел, как над горами пролетает Ан-2. Этот короткий миг определил всю его судьбу. Поступил в Высшее военное авиационное училище в Ейске, получил диплом с отличием. И с тех пор летает.
В лихие 1990-е Толбоев создал фонд помощи летчикам-испытателям, поддерживал семьи погибших, много сделал для сохранения школы и накопленных знаний. В 2000-е неоднократно выступал в Госдуме с предложениями по улучшению социальной защиты летного состава, особенно в части медицинского сопровождения и страхования пилотов. Был против гонок за рекордами ради скорейшего вывода техники в серию, всегда во главу угла ставя безопасность летчиков.
Он не только летал, но и учил. Доктор исторических наук. 30 лет преподавал в школе летчиков-испытателей, воспитал целое поколение пилотов. Для них его имя — не просто авторитет, а ориентир. «Страшно не ошибиться, а не понять, почему совершил ошибку» — эти его слова запомнили все его ученики.
Магомед Омарович Толбоев на IV Международном авиационно-космическом салоне МАКС-1999. Фото: Олег Булдаков/ТАСС
«Магомед Омарович — редкий пример человека, который сочетает мужество с рассудительностью. В среде летчиков-испытателей иногда путают храбрость с безрассудством, в особенности, когда речь идет о новых машинах, где каждый полет — шаг в неизвестность. Он же всегда в своей работе знал разницу и был готов рискнуть, но только ради дела, а не для показухи. И эта позиция спасла не одну жизнь», — считает руководитель Бюро военно-политического анализа Александр Михайлов.
А еще Магомед Толбоев — один из основателей авиационно-космических салонов МАКС, почетный Президент ОАО «Авиасалон». 20 лет входил в отряд космонавтов-испытателей Летно-исследовательского института им. Громова, планировался в качестве второго пилота экипажа «Бурана» для первого пилотируемого полета. Но Союз развалился, стало не до космоса.
Он награжден множеством орденов и медалей. Но несмотря на все регалии, никогда не носит эти награды в повседневной жизни. Считает, что они нужны в первую очередь для того, чтобы помнить о тех, кто не вернулся.
В этом году Толбоев встречает «бриллиантовый» юбилей. Но если завтра скажут: «Нужен тот, кто сядет в кабину и покажет, на что способны российские самолеты и пилоты», — он, скорее всего, просто кивнет, наденет шлем и ответит: «Давайте я».